Фото Getty Images

В последние годы много говорилось о необходимости вернуть российскиий частный капитал из-за рубежа и гораздо меньше — о возможных последствиях этого процесса для экономики. А они могут быть весьма неожиданными

Давайте представим гипотетическую ситуацию: в страну поступают все средства, выведенные из нее почти за три десятилетия. По оценкам западных экономистов, которые приводит Bloomberg, за рубежом сейчас находится примерно $1 трлн нелегальных российских денег, или около 60% годового ВВП страны. В недавней статье Forbes было высказано мнение, что, если вернуть этот капитал в Россию, все станет гораздо лучше и экономика совершит огромный рывок вперед. К сожалению, все совсем не так радужно. Вернувшийся в Россию капитал полезного может сделать не так уж много, а при определенных условиях и вовсе окажет разрушительное воздействие на экономику и финансовую систему.

Основная проблема заключается в том, что это просто деньги, пусть и в твердых валютах, а не заводы, фабрики, технологии или другие активы, способные увеличить ВВП. Эти средства не будут заработаны в России постепенно, а появятся внезапно, поэтому между ними и созданием добавленной стоимости останется крайне широкая пропасть.

Чемодан без ручки

Конечно, если триллион долларов «отнять и поделить» между всеми гражданами, то на какое-то время уровень жизни повысится. Но откат произойдет быстро — из-за роста цен, разового характера такого «личного дохода», ухудшения показателей внешней торговли и вытеснения внутренних производителей импортерами. Грубо говоря, в основном все будет потрачено на импортные товары, а когда деньги закончатся, в экономике начнутся обратные процессы: снижение ВВП, ослабление рубля, новый виток инфляции. Примерно то же происходит в странах с сильной зависимостью от цен на нефть при резких колебаниях стоимости барреля. Увеличение притока «незаработанных» нефтедолларов, обусловленное благоприятной конъюнктурой рынка, однажды сменяется исчезновением этого источника валюты со всеми вытекающими последствиями.

Второй вариант использования возвращаемых денег — только отнять, без «поделить». Тогда все становится проще: средства идут в золотовалютные резервы, что укрепляет суверенные кредитные метрики, хотя и смущает иностранных инвесторов фактом массированного присвоения государством частного капитала. Тем не менее оценка долгосрочных российских рисков снизится, как и стоимость внешних заимствований для российских компаний и банков.

Кстати, правительству будет под силу создать довольно крупный суверенный фонд, который в дальнейшем действительно сможет уменьшить проблемы, связанные со старением населения и увеличением пенсионной нагрузки на бюджет. Вот только в российскую экономику эти средства не попадут по причине того, что суверенные фонды должны инвестировать вне страны.

Предположим, возвращаемые деньги каким-то образом стали легальными. Тогда возникает третий вариант — не отнимать их и не делить, а оставить владельцам. В этом случае деньги могут не лежать без дела, а пойти, например, на покупку иностранных активов либо на инвестиции внутри страны. Понятно, что часть суммы будет направлена на потребление, что приведет к таким же результатам, как в сценарии «отнять и поделить», но в очень мягкой форме.

Чтобы валюта просто лежала без дела, она должна оказаться вне экономики, то есть в золотовалютных резервах ЦБ. Логичный путь для достижения этой цели — выпуск Минфином валютных гособлигаций и покупка соответствующего объема рублей у ЦБ за валюту. Но если речь идет о триллионе долларов, то, конечно, можно утилизировать подобным образом лишь часть этой суммы. Оставшиеся деньги неизбежно будут искать себе другое применение.

Что касается покупки иностранных активов, то очевидным плюсом такого использования возвращаемых средств станет развитие российского финансового сектора. Управляющие компании и банки, имея значительный объем валютных активов клиентов, оказались бы одними из крупнейших в Европе. Для других отраслей экономики развитый банковский сектор и индустрия управления активами могли бы стать столь желанным источником «длинных» денег.

Этот сценарий самый предпочтительный, но для него необходимо выполнение двух условий. Во-первых, российские финансовые регуляторы, правительство и общественное мнение должны быть готовы к тому, что средства, возвращенные из-за границы, снова отправятся туда же, только по другим каналам. Во-вторых, другие страны должны хотеть принять крупные инвестиции из России. И то и другое в условиях санкций и ухудшения отношений с Западом выглядит труднодостижимым.

Остается вариант использования возвращенного капитала для инвестиций внутри России. Для этого потребуется конвертация иностранной валюты в рубли, что вызовет сильную ревальвацию. Увеличение инвестиций в текущих условиях будет сопровождаться опережающим ростом заработных плат. Вместе с крепким рублем это негативно скажется не только на конкурентоспособности российских компаний, но и на балансе бюджета, поэтому, как ни странно, будет повышаться госдолг.

Рано или поздно деньги начнут истощаться, и тогда произойдет замедление экономики, выстрелившей благодаря притоку незаработанного капитала. А затем случится финансовый кризис. Финал всего этого сценария сильно зависит от того, что удастся построить и купить в период экономического бума. Скорее всего, долгосрочный эффект окажется положительным, однако он будет намного слабее того, что можно представить в теории.

Если бы да кабы

Теперь осталось прояснить один вопрос: а что если бы деньги, о которых идет речь, изначально не уходили из России «втемную»? Мой ответ — они бы все равно уходили, но «вбелую».

Дело в том, что, когда в страну поступает иностранная валюта, есть не так много вариантов ее использования. Во-первых, это оплата импорта, во-вторых, погашение внешнего долга, в-третьих, приобретение иностранных активов и, в-четвертых, пополнение резервов ЦБ. Поскольку у России профицит по счету текущих операций, первый вариант отпадает. Соответственно, чисто арифметически, при том же курсе рубля, что сейчас, у России было бы меньше внешнего долга и больше золотовалютных резервов и иностранных активов, принадлежащих резидентам (в том числе валюты на руках у населения). Но опять же росту инвестиций это не особо помогает.

Если говорить о периоде до 2008 года, то отсутствие теневого оттока валюты усложнило бы задачу ЦБ по ограничению укрепления рубля. Увеличение объема рублей в обращении сильнее бы перегрело экономику, так что кризис 2008 года мог оказаться жестче. А в 2014 году более высокий уровень золотовалютных резервов мог стать препятствием для перехода к плавающему курсу, что привело бы в дальнейшем к менее интенсивному экономическому восстановлению.

Единственный вариант, при котором, оставаясь в белой зоне, деньги приносили бы пользу, — инвестиции за рубеж через российские финансовые компании. Но я не уверен, что в то время российский банковский сектор и индустрия управления активами были готовы переварить весь этот объем.

Кстати, обратите внимание на то, что сейчас делают Минфин и ЦБ в рамках бюджетного правила. По большому счету они проводят изъятие с рынка долларовой ликвидности без эмиссии рублей. Всем очевидно, что большой объем иностранной валюты в экономике — скорее проблема для макроэкономической стабильности.

Вывод из всего сказанного следующий: если и возвращать выведенную валюту в Россию, то надо либо сразу прятать ее в резервы, либо отправлять обратно за рубеж, но «вбелую», через российский финансовый сектор. Только так от нее будет польза, пусть не сразу и не столь очевидная. В экономике незаработанным деньгам делать нечего.

Упущенный триллион: удастся ли России вернуть капиталы из офшоров

Источник